КРАСНЫЙ-ЯР

Побывав в двух городах, разделенных пятью часами на самолете, сознание как-то само начинает искать различия и сходства в быте.
Лично мне кажется, что это не имеет особого значения, но после одного невероятно длинного дня в двух частях света я вдруг почувствовал, что я почти нащупал ответ на вопрос о сущности Красноярска и Санкт-Петербурга, и этот ответ кроется в джунглях продуктового ритейла.

Для меня вся разница между этими двумя городами прекрасно укладывается в разницу между походом в Красный Яр и в любую питерскую сеть. Красный Яр чем-то неуловимо отличается от всех остальных сетей. От Пятерочки, некрополя, в котором нашла свое последнее пристанище беспокойная душа Скутера, которого я в последний раз видел пару лет назад в красноярском KFC. От «Ленты», Уолмарта, чье толстое и крикливое, лоснящееся и грубое лицо в российских условиях превратилось в лицо запасливой и угрюмой старушки, бредущей вдаль с двумя авоськами в руках. От Перекрестка, в котором постоянно играет реклама автосервиса, чей джингл до жути напоминает начало песни Funkadelic «The Song Is Familiar», олицетворяя быстрое и бесцеремонное крушение надежд, в котором можно найти «Старопрамен» за 40 рублей, олицетворяющий совершенно неожиданные возможности для тех, кто обладает достаточным упорством и сноровкой в поиске этих возможностей. Ни в одном другом супермаркете мою куртку не обыскивал охранник, похожий на Джеффри Дамера, преподавая мне хороший урок о произволе власти.

6(365)

Но Красный Яр не таков. Красный Яр — это по-настоящему, Красный Яр еще не знает, кем он хочет быть, у Красного Яра нет определенной цели, у него нет бонусных карт, у него нет рекламы с отжившими свое немцами, у него нет амбиций. Красный Яр — это очаровательная недосказанность. Его интерьер оставляет гигантский простор для воображения, во время покупки вина и сыра для вашего вечернего фондю Красный Яр позволяет вам подумать о России, которая могла быть. России, которую вы не потеряли, но не знаете, где достать, и не прочь бы приобрести. Красный Яр — это нереализованная возможность, нереализованная не из-за того, что это невозможно, а из-за того, что некоторые портреты лучше оставлять недописанными.
Там есть все, что тебе нужно. Полки, продукты, студенты, упаковывающие все за тебя в пакет. Чувство абсолютного спокойствия и защищенности. Возможность не снимать наушники, если ты покупаешь только Маунтин Дью.

Воздух в Красном Яре насыщен брендами без какого-либо бренда, предназначенного властвовать над остальными. Все помещение пахнет laissez-faire, это настоящий рай для либертарианца. Если бы Рон Пол стал президентом, он бы открыл Красный Яр в Вашингтоне.
Но, к сожалению, я уехал от него. У ритейла в Санкт-Петербурге есть лицо. Даже много лиц, шумных, напористых лиц. И именно отсутствие своего лица делало Красный Яр настолько непохожим на остальных.

Даня Тихомиров