23

Весь две тысячи четырнадцатый мой народ бился в истерике. Останавливаться он, похоже, не собирается. Припадки всё сильнее. Две тысячи пятнадцатый мы проведём под крылом святого Валентина – покровителя не только влюбленных, но ещё и больных эпилепсией. Сперва порция ненависти к внешним врагам, затем порция любви к отчизне. Новости поливают мозги моих сограждан таким контрастным душем, что свихнуться и дать ёбу будет очень даже немудрено.

Я долго не мог понять, что мне напоминает весь этот смешной и в то же время пугающий цирк. Потом, посмотрев очередную проповедь от Милонова, понял – Южный парк!

Всё это безумие – очередной эпизод «Южного парка». Скучный, злой и страшный, в котором убивают сотню молчаливых Кенни каждый день.Похоже, никогда уже не выйдет еврейский мальчик в зелёной шапке и не скажет: «Сегодня мы многое поняли». Потоку злой, брызжущей слюной ахинеи просто не видно конца.

Я помню, как по Рен-тв показали первую серию «Южного парка». Забыл, сколько мне было лет, но знаю, что очень смеялся. Родители думали, что их сын окончательно спятил, смотрит на анальный зонд и ржёт над какой-то похабщиной. Так оно и было. Что может быть смешнее для подростка, чем большие предметы в жопе у злого, сыпящего ругательствами толстяка?

За порно-сортирными шутками я тогда не замечал скрытой сатиры на американское общество. Со всеми его фобиями, стереотипами и склонностью к паранойе. Но я продолжал смотреть «Южный парк», и где-то в подкорке откладывалась привычка сравнивать себя с его героями, анализировать ситуации на их уровне, проецировать себя на их место. В этот захолустный, провинциальный городок.

Впервые я осознал своё поведение, когда увидел серию «Это уже было в Симпсонах». Я понял, что какой-то тоненький голосок говорит во мне: «Это уже было в Южном парке».

Гомофобия, охота за педофилами, религиозная истерия, расовая нетерпимость, защитники дикой природы, чинпокомоны, долбящийся в жопу Саддам Хусейн – всё это было и будет. «The idiots are taking over» – как пели NOFX.

Глядя на обезумевшую Россию, погрязшую в конспирологических бреднях, в одном проповеднике я узнаю жирного Эрика Картмана, в другом – обеспокоенную будущим детей мамашу Кайла. Вот все девочки, как «Южном парке», решили стать «тупыми испорченными шлюхами», а вот детишки гонятся за рейтингами на школьном телеканале, как это делают работники наших СМИ.

В этом болоте увязли те, кто никогда не отождествлял себя с героями «Южного парка». Серьёзно, крикливые общественники отгрызают друг другу головы, борясь за свои права или угнетая чужие, и даже не представляют, какая всё это на самом деле умора!

Если у меня будут дети, я обязательно заставлю их смотреть серии «Южного парка»: это будет лучшая прививка от косности, тупости и идиотизма.

Правда, тогда я рискую стать тираном, в мире которого любое убеждение осмеяно и находится под запретом… но это уже постмодернистские дебри.

Сегодня, когда мы медленно костенеем в своих убеждениях, инъекции юмора нам просто необходимы. Как минимум для того, чтобы эти убеждения, как клыкастый солитёр из «Чужого», не сожрали нас изнутри.

Данила Блюз