Волос. Длинный каштановый волос плавает в стакане Итана. Уже минуту. Он смотрит на него и не решается сделать глоток. Один сраный глоток, Итан. Уже минуту он пялится в стакан и молчит.

– Итан?

– Да?

Не отрывая взгляда от волоса, Итан достаёт сигарету из пачки, лежащей на краю стола.

–Как дела на работе?

– Кругом одни распиздяи, Рэй. Всё в расхлябанности. Сам посмотри. Даже музыка в колонках здесь играет в покер.

– Не понял.

– Это старая шутка.

Итан достаёт волос кончиками пальцев и стряхивает его на пол. Он поджигает сигарету и отдаёт зажигалку Рэю.

– Они же вроде обещали отменить твои сверхурочные.

– Да, Рэй, они пошли мне навстречу. Но только прошли мимо.

– В смысле?

– Добавили ночные смены.

– Вот суки.

Этот Рэй – обычный парень из южного Лейквуда. Итан видит его насквозь. Ни в чём не лучший. Ни в чём не худший. Типичный. Топ Шоп в торговом центре около дома – единственный топ, в который он входил за всю свою жизнь.

– Не только они, Рэй.

– Как это?

– По сути…

Итан делает большой глоток.

– …виноваты сами водители. Им вообще насрать на свои права. Ни одной вонючей забастовки с девяносто девятого, ты прикинь?

– Говоришь так, будто сам метишь в эту сраную политику.

– Мне класть на политику, Рэй.

– Ну, и хули?

– Здесь я равняюсь на своего деда. За всю свою жизнь он проголосовал всего один раз. В урну с прахом. И это был самый правильный выбор.

Рэй вздыхает и достаёт сигарету из пачки Итана.

– Какая-то грустная хрень.

– Правдивая хрень. Взбодрись. Закажи, в конце концов, себе тако.

– Что, блять?

– Тако, Рэй. Я ведь тебе говорил. Это лучшее тако в Карсон. Ешь и чувствуешь это сраное тако всем телом. Это как, блять, шрифт Брайля для слепой кишки.

Рэй перекатывает сигарету по ладони.

– Я не голоден.

– Точно не голоден?

Он резко кидает сигарету на пол и поднимает глаза на Итана.

– Так может, уже начнёшь говорить?!

Последнее время Рэй работает в суде. Как правило, в качестве подсудимого.

– Ты куда-то торопишься, Рэй?

Сейчас он дико хочет это грёбанное тако. Но у него вряд ли хватит денег. Даже на тако. Твою мать. Он думает об этом. Он знает, как сильно это его выводит.

– Просто, блять, начни говорить!

– Тогда слушай.

Итан слишком спокоен. Он достает из кармана телефон и кладёт его на середину стола.

– Видишь этого усатого говнюка, Рэй?

– Да, я вижу.

– Это мой босс.

– Тот самый?

– Выше. Этот гондон рулит всем автобусным парком Карсона.

– И нахрен он нам упал?

– Не делай поспешных выводов, Рэй. Не так давно они с мэром провернули маленькую аферу.

– Откуда ты знаешь?

– Я за ним следил.

– И?

– Так вот, Рэй. Этот пидор всю свою долю держит у себя дома. Уже месяц. Не знает, что хочет с ней делать.

Рэй толкает телефон к Итану и откидывается на спинку стула.

– И почему мэр вообще решил с ним мутить?

– Он сраный жид, Рэй. Ты понимаешь? Бросает в фонтан деньги не чтобы вернуться, а чтобы вернуться и взять с них проценты. Говорят, мэр был ему должен. Он ростовщик.

– И сколько там денег? В его доме.

– Не меньше шестисот пятидесяти тысяч.

Рэй отрывается от спинки стула и кладёт локти на стол.

– Тогда зачем тебе я, Итан? Ты же охренительный взломщик.

– Меры предосторожности. Ты же понимаешь. Я никогда не хожу на дело один.

Итан отводит глаза на стакан и замолкает. Взгляд подводит его. Не зависимо от обстоятельств. Он, чёрт возьми, это чувствует. С виду его взгляд всегда кажется слишком хитрым. Как у тех парней, что всю жизнь шли по головам. Как вши. Но не как у тех, которых нахваливали его родители. Тех, которые поступили в Беркли или Стэндфорт или нашли престижную работу и переехали жить в L.A.… Да пошли они нахуй. Итан бросает окурок в пепельницу и говорит:

– Так что думаешь, Рэй?

– Даже если и так. Сколько ты мне оставишь, если всё пойдёт по плану?

– Оставлю? Допустим, тридцать.

– Тридцать кусков?

– Тридцать процентов.

– Ты внатуре?!

– Это нормально, Рэй. Учитывая, что ты сделал, тебя вообще могло здесь не быть.

– Да, блять, Итан…

– Не надо, Рэй.

– Это же получается двести штук. Двести штук ни за что. Это же… охуеть.

– Да, я щедрый. Особенно, когда дело касается чужих бабок.

Рэй начинает смеяться. Он поджигает сигарету и делает долгую затяжку. Он выдыхает дым на сторону, где сидит Итан, и говорит:

– Ну ладно, чувак, если ты так решил…

– Решил.

– Тогда, как закончим с этим, я возьму свои деньги и свалю на восток. К своей тёте в Джерси.

– И что будешь там делать, Рэй?

– Не знаю. Просто отдохну, забудусь. Куплю телескоп, буду смотреть на небо. Изучать чёрные дыры…

– Брось, Рэй. Единственная чёрная дыра, которую ты видел – это Комптон.

– Ну и что с этого?

– Тебе двадцать четыре, чёрт возьми. Слишком поздно для саморазвития.

Рэй не знает, что ответить. Итан выпивает свой стакан залпом, а после смотрит на время.

– Отметим?

Этим вечером они напиваются так, будто отмечают все свои дни рождения разом. Так, что после этого можно сдохнуть.

– Рэй! Я плачу за всё.

– Заебись.

***

– Слушай, я ссу по поводу завтрашнего.

– Всё будет нормально, Рэй. Я обещаю.

Уже несколько минут они идут до съёмной квартиры Итана.

– Ты уверен?

Итан открывает парадную дверь.

– Мы всё сделаем красиво, Рэй. Пройдём незаметно. Как, блять, вампиры. В театре теней. Не ссы.

Итан достаёт из кармана ключ от квартиры и пытается попасть в замочную скважину.

– Старая шутка?

– Я без понятия, Рэй. Посвети.

Итан открывает дверь и скидывает куртку на пол. Рэй входит за ним. Он замечает, что все стены покрыты строительной пылью. Кругом коробки. И инструменты.

– Слушай, Рэй, я только что переехал. Так что у меня нет нихрена. Кроме этой раскладушки и пледа. Вообще никаких вещей. Извини.

– Да похуй. Я настолько бухой…

Рэй подкладывает под голову куртку и ложится на пол.

– Спокойной ночи, Рэй.

Итан выключает свет и падает на раскладушку. Он закрывает глаза…

– Слушай, Итан.

– Да?

– Я просто хотел извиниться.

– За что?

– За это дерьмо с Синтией, она твоя девушка…

– Была моей девушкой.

– Да. Прости. Всё это, блять, как-то неправильно...

– Проехали, Рэй.

– Я бы, наверное, убил за такое.

– Но я лучше тебя.

– Знаю. Знаю, чувак, намного лучше. Твою мать, я так сожалею…

– Рэй.

– Да?

– Не устраивай эту хуйню. Просто спи.

***

– Темно как в заднице.

Рэй стоит во дворе чужого дома и курит. Уже несколько минут. Он просто наблюдает, как Итан ковыряется в замке, и подаёт инструменты. Сраная прислуга. Он нахрен здесь никому не нужен.

– Рэй, блять, поднеси фонарь ближе.

Как же его это начинает бесить. Выполнять эти сраные указания…

– Сюда, Рэй. Не тупи.

…потеть в этой сраной балаклаве, в этом сраном дворе…

– Ты долго, блять, Итан?

– Почти готово, Рэй, подожди.

…ради этого сраного куска денег.

– Надоело ждать.

Что за жизнь? Он вообще мало что понимает. Что нужно делать? Перед выходом Итан сказал «возьми пушку» и протянул свой разряженный Магнум. На кой хер?  В доме всё равно никого не будет. И даже если кто-то войдёт, твою мать…

– Я открыл!

– Наконец.

Рэй забирает инструменты у Итана и складывает их в свою сумку. Блять, бесит. Зачем нужно было брать именно его инструменты? Почему Итан взвалил всё на него, а сам нихрена не сделал? Он что, нихрена не может? Дебил.

– Я заебался стоять в этом дворе. В нём как будто снимали грёбаных Телепузиков.

– Я слышал, что это мультик для даунов, Рэй. Ты смотришь?

– Не смотрю. Дауны, дети… Не хотел бы я быть их целевой аудиторией.

– Я бы не хотел быть целевой аудиторией снайпера, остальное мне кажется поправимым.

– Ты, блять, не можешь без своих фразочек, да?

– Не могу, Рэй. Прости.

Рэй спотыкается о собачью миску.

– Сука!

– Спокойнее.

– У них что, есть собака?! Ты не говорил про собаку!

– Собака уехала с ними.

– Ты, блять, уверен?

– Не ссы.

Старый диван, картины, кресло-качалка, стенка… Всё обставлено как-то бедно.

– Вообще не похоже, что у этих сук есть шестьсот пятьдесят тысяч.

– Спокойно, Рэй. Они просто не подают вида.

– Что это за хуйня, Итан?

В правой руке Рэй держит потрёпанный Кубик Рубика и светит на него фонарем. Он смотрит на Итана в недоумении.

– Ты что? Этот кубик Рубика стоит бешенных денег. Каждый квадрат на нём написан известным супрематистом.

– Что, блять?

– Супрематистом.

– Да мне похуй. Ты хочешь шутить? Мы, блять, в чужом доме, и ты хочешь шутить?

– Успокойся, Рэй.

– Я не успокоюсь.

– Обыщи гостиную. А я пойду на кухню. Я, кажется, знаю, где эти суки прячут наше бабло.

Сука. Что за снисходительный тон? Рэй бы убил за это. Но не в этой жизни. И не в этой ситуации. Двести косарей того стоят. Он осматривает тумбочку под телевизором, простукивает стену, переходит к комоду. Открывает все ящики и выкидывает содержимое на пол. Ни цента. Старые игрушки, книги, грёбаные газеты... Да что за хрень? Рэй открывает последний ящик. Деньги. Он ищет деньги. Никаких денег. Только журналы, вырезки, фотографии… Что, блять?

– Откуда у них твоя фотография с Синтией?!

– Что?

– Я, блять, серьёзно, Итан! Откуда твоя фотография у этих людей?!

Итан кричит ему с кухни:

– Да что случилось?!

– Да, блять, сюда подойди!

Рэй поворачивает голову в сторону кухни. Итан стоит перед ним. В его руках дробовик. Он очень спокоен.

– Зачем тебе эта пушка, я не понял?

– Зачем?

– Да.

– Потому что это мой дом, сука.

Выстрел!

– И моя девушка.

Выстрел!

Рэй падает замертво.

Итан садится на пол и кладёт в карман гильзы. Он смотрит перед собой и считает. Раз, два, три... девять, десять, одиннадцать. Теперь всё нормально. Всё хорошо.

– Как же я ждал этого момента, Рэй.

Теперь можно и покурить.

***

Убийство считается оправданным, когда совершено в защиту собственного жилища, имущества или самого себя. Когда убитый – тот, кто намеревался внезапно или преднамеренно совершить преступление, проникнув в жилище другого и применив насилие по отношению к любому человеку, находящемуся внутри.

Уголовный кодекс Калифорнии. Раздел 197.2. Глава 1.

Роман Смирнов